Валерий Гартунг и Федот Тумусов о вовлечении объектов культурного наследия в хозяйственный оборот

Федот Тумусов:

- У меня вопрос к представителю Правительства.

Уважаемая Жанна Владимировна, можно ли назвать данный законопроект законопроектом коммерциализации объектов культурного наследия?

И в связи с этим вот два вопроса.

Первый вопрос. Если речь идёт о долевом строительстве жилья, можно ли говорить о том, что в связи с коммерциализацией объектов культурного наследия будет удорожание квадратного метра? Это первый вопрос.

И второй вопрос. А каковы гарантии, что хозяйствующий субъект, который купит этот объект, реально сделает реконструкцию и сохранит для будущих поколений как объект культурного наследия? Каковы могут быть гарантии?

Спасибо.

Жанна Алексеева:

- Спасибо за вопрос. Основная задача законопроекта – это сохранение объектов культурного наследия, тех объектов, которые сегодня находятся в неудовлетворительном, в достаточно тяжёлом состоянии. И наша задача именно сохранить их. Это не коммерческая составляющая для государства, эта коммерциализация никаким образом не относится с точки зрения государственной коммерциализации, это задача социальная, сохранение в первую очередь.

Конечно, объекты культурного наследия, которые будут использоваться в этом лоте, в дальнейшем должны будут использоваться тем образом, чтобы они имели социальный эффект для населения, где этот объект находится, и подтверждать правильное использование этого объекта культурного наследия, социально значимые, будут, конечно, органы охраны объектов культурного наследия в наших регионах. Как только инвестор делает проект использования, проектную документацию, он согласовывает это в обязательном порядке с органом охраны объектов культурного наследия в субъекте. Таким образом мы обеспечиваем гарантию, что объект будет значимым и сохранённым для страны, в первую очередь для населения. И, конечно, что говорить о том, какие ещё гарантии?

Мы понимаем, что правительственная комиссия, которая будет формировать этот лот, она возглавляется Правительством Российской Федерации, и в этой правительственной комиссии участие принимают как депутаты, так и сенаторы. Это тоже большая и серьёзная гарантия того, что и лот будет формироваться таким образом, чтобы это было на сохранение объекта культурного наследия, а не на получение в первую очередь прибыли, и таким образом это будет гарантия того, чтобы и инвестор получал, конечно, в будущем свою прибыль после уже реставрации этого объекта культурного наследия, но с использованием его для населения.

Спасибо большое.

Валерий Гартунг:

-Уважаемый Александр Дмитриевич (Жуков, Первый заместитель Председателя ГД – Прим. ред.), уважаемые коллеги, этот законопроект вызвал большую дискуссию у нас во фракции, но, собственно говоря, и у нас в комитете. Комитет по защите конкуренции тоже соисполнитель.

Какие высказаны были опасения?

Первое. Почему нельзя использовать механизм, если вы на торгах продаете землю по максимальной цене, деньги идут в бюджет, ну, направляйте деньги на восстановление объектов культурного наследия. Всё. Зачем кривые схемы устраивать? Это первый самый вопрос.

Но тогда ответ здесь очевиден – потому что, когда деньги поступают в бюджет, в общий бюджет страны, возникают другие приоритеты у государства по расходованию бюджетных средств. Как мы знаем, дефицит консолидированного бюджета – аж восемь трлн рублей.

Мы ведем войну и, соответственно, мы понимаем, куда в первую очередь пойдут деньги. Поэтому это ответ, и мы тоже это понимаем. Поэтому мы поддерживаем законопроект. У нас сегодня как бы два варианта.

Первый вариант. Если деньги все в бюджет пойдут, мы знаем, куда они пойдут, и они точно не дойдут до объектов культурного наследия, что и происходит сейчас.

И второй вариант. Там, где удалось создать ситуацию, при которой и объект культурного наследия, и есть рядом участок и комплексная застройка территорий, и мы как бы в комплексе решаем эту проблему. Хоть по каким-то объектам мы этот вопрос решим.

Собственно говоря, мы тут из двух зол выбираем меньшее на самом деле. Сказать, что это хорошее решение, нельзя, но это гораздо лучше, чем то, что происходит сейчас.

Вот, собственно говоря, поэтому мы и поддерживаем этот законопроект.

Спасибо.